Сказка о том, как Кощей все же обрел свое сокровище.
    кроссовер | 18+ | эпизоды    

Тсс, прислушайся. Ты слышишь? Элла Фицджеральд тихонько тянет «Summertime and the livin' is easy...», ветер колышет тонкие ветви ивы, негромко джаз забирается тебе под кожу. Кроссовер «Джаз» раскрывает свои объятия, чтобы ты – именно ты! – начал свою завораживающую историю, полную приключений и по-настоящему глубоких чувств.

jazzcross

Объявление



Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » jazzcross » that's my home » life is strange


life is strange

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

LIFE IS STRANGE

ВРЕМЯ:
2018 год

МЕСТО:
Мир Душ, AU-Санкторум

УЧАСТНИКИ:
Стефан Стрэндж, Локи

http://s8.uploads.ru/t/aprnW.gif   http://s3.uploads.ru/t/9fpWy.gif « Взгляни: а под тем ли ты солнцем стоишь?
Клянись же, ешь землю, что вместе со мною сгоришь. »

Стрэндж и Локи ЛДН? Звучит бредово - настолько, что даже сами чародеи чувствуют неладное.
Сбой в матрице, синюю или красную и где эта чертова нора, что ведет из Зазеркалья?

Отредактировано Loki Laufeyson (2018-11-16 00:54:06)

+3

2

yeah, I, I know it's hard to remember,
the people we used to be

Стефан Стрэндж уже давно был смертельно уставшим человеком. Потому что ни в ком не найти такого жизнелюбия, как в тех, в ком уже почти всё давным-давно мертво. Спасаясь от торнадо, пожирающего их изнутри, они хватаются за последние ниточки в этой жизни.
Его прибежищем стали амбиции и работа. Они возвращали рассудок, стабилизировали. Только не чувствуя он мог утешиться. Так Винс никогда не был одинок. И ему уже не было страшно, что придётся возвращаться в огромную пустую квартиру, где никто не ждёт. Не придётся. В этом мире ещё слишком многих нужно спасти, чтобы брать выходной. А когда он выберется из Metro-General после бесконечной двадцатичасовой смены, ему просто будет уже всё равно. Он дотащит своё тело домой и оно уронит его в постель, не раздеваясь. Дальше будет только темнота, которая взорвётся брызгами и мигренью с пронзительными звуками будильника, напоминая, что пора собираться на передовую.
Именно поэтому Стефан начал казаться сумасшедшим не только всем вокруг, но и Кристине, когда его идеальные, точные и безупречные руки оказались потеряны навсегда. Кто он без них? И что ему делать? Она говорила, так можно жить... Если бы только он знал как, в самом деле. Но Стрэндж не знал.
Камар-Тадж был последней надеждой и если бы она не оправдалась, кто знает, что случилось бы тогда? Винсент не слабонервный, но даже он предпочитает о таком не задумываться. К чёрту сослагательные! У объективной реальности только один путь, связующий красной нитью прошедшее с настоящим. И в нём он стал магом.
Не то чтобы он хотел или стремился, но как бы ни пытался фыркать и сопротивляться, в глубине души Стефан понимал, что это сохранило ему жизнь. Иронично, конечно. Чуть не убило, но спасло. Как там люди любят говорить? То, что не убивает, делает сильнее? Ну, тогда прошедшие годы сделали его буквально жёсткой рукой огранённым алмазом, который пройдёт через что угодно, точно вода сквозь камень.
Но это всё, конечно, лирика. Помимо неё были и более практичные вещи. Стрэндж всего-то за год от скептика поднялся до мастера Санкторума Нью-Йорка. Неплохо для новичка, но не без последствий. Старейшая умерла так быстро, что он всё ещё больше походил на желторотого птенца, чем на серьёзного мага. Колючий характер накидывал ему пару очков за счёт умения с непроницаемым лицом зубоскалить, не быть, но очень убедительно казаться, и всё же не менял ситуацию кардинально. Он был мальчишкой, дорвавшимся до подарков на рождество, спешащим открыть коробки и сорвать упаковку, не осторожничая и не разбираясь. Всё казалось ему игрой. Стефан понятия не имел, как, к примеру, устроен Санктум Санкторум, но зато наверняка знал точное местоположение трёх магов на Земле. Ничего не скажешь, профессионал!
И не сказать, чтобы он над этим не работал, но учился определённо медленнее, чем хотел. И уж точно медленнее, чем следовало. Даже в Камар-Тадже легко с ним не было, но там хотя бы были наставники! А теперь он делал всё сам. Добросовестно изучал магию, как мог, хоть и путал её с медициной, пытаясь освоить, как анатомию, по книгам. Теоретика давала определённое представление, которого, само собой, всё ещё недоставало для полноты картины. Одно дело прочесть и совсем другое — суметь повторить, подчинить себе собственные возможности. Винс походил на повешенное на стене ружьё.
Которое выстрелило. Ну, по-своему. Его любопытство и попытки наконец обуздать доступную мощь окончились тем же, чем и в прошлый раз. Он правда думал, что едет лечить руки, отправляясь в Непал! Действительно считал, что магия поможет, отыскав Камар-Тадж. Но мы-то уже видели спойлеры, правда? Вот и теперь Стефан совершенно не изменил себе. Хотел просто научиться паре-тройке новых фокусов, а вляпался в очередное дерьмо со спасением Земли.
Мог бы и не лезть, но такие, как он, конечно же, не остаются в стороне. Ворчат, презрительно фыркают, но только помани! О, это же потрясающая морковка для таких осликов! Этот вон тоже повёлся. Почти месяц пытался разглядеть чёртово будущее, будто яблоко выбирал на рынке, со всех сторон, перебирая вариант за вариантом. Магия, точно чужая, не слушалась, била его в ответ, а Стефан и не мог дать сдачи. Мучился болями, истощением, почти не спал, но и во сне продолжал изучать книги.
Хреновая получалась сказка. Сколько бы вариантов он не рассматривал, а они очень скоро начали исчисляться миллионами, счастливый конец был только в одной концепции будущего. Стрэндж знал, что нужно делать. И боролся до последнего.
Но не преуспел.

И угодил в жестокие, но невероятно пленительные сети иллюзии, подаренной камнем души.
С его плеч враз снят был груз, который год от года становился лишь тяжелее. Так легко ему не было с тех пор, как он был ребёнком. Вся его семья была здесь жива. Или ему так только казалось. И Кристина была рядом, такая тёплая и счастливая, с самой живой и искренней улыбкой на свете. Он всё ещё был мастером Санкторума, только вот... лучшей версией себя. Не такой грубой, не такой потерянной. Более ладной, созданной рукою талантливого скульптора, а не обструганной плотником-недоучкой.
Здесь и солнце светило как-то ярче, а жизнь была насыщеннее. От пьянящего воздуха кружилась голова и впечатления наполняли память красками, что не блекли. Он вовсе не мыкался от одиночества, не тонул в книгах от отчаяния в капкане неминуемого будущего. Теперь у него был друг, тоже маг. Совсем юный асгардский бог, Локи. Они даже отлично ладили, Стефану было чему поучиться у него, да и тем для разговоров доставало.
Но что-то было в этом такое неправильное. Ему виделась то рыжина, то чужое имя ложилось на уста. Ванда. Он не знал никакой Ванды, никогда, и всё-таки иногда, будто и забываясь вовсе, называл так сына Лафея. И где-то в уголке глаза изредка мелькал какой-то до боли знакомый силуэт, неуловимый, растворяющийся, стоит только попытаться его поймать. На периферии сознания среди тысячи-тысяч сладковатых оттенков спокойствия клубилось что-то серое, что-то странное, изредка вызывавшее какую-то безотчётную секундную тревогу. Но Стефан никак не мог понять причины.
Вот и сейчас они расположились в библиотеке, среди фолиантов, разбирая древние заклятия. А Стрэндж был будто бы и не здесь вовсе. Стоило потерять концентрацию и грани начинали размываться, мир будто бы терял очертания, проступая не оконченным наброском.
А они не пробовали жить в реальном мире? — фыркнул маг, отвлекаясь от своих странных ощущений, и перевёл взгляд на стопку толстенных книг, которые ещё предстояло проштудировать. — «Окей, гугл» там, хэштеги... То же мне, не варвары!— скептически добавил Стефан, вздёргивая бровь и пролистывая страницы. — И почему никому в голову не пришло создать переводчик? — он откровенно закатил глаза и скривился.
Книги по магии и близко не напоминали учебники по генетике. Никакой систематизации, сплошной хаос. Даже то, что касалось одной темы, было раскидано всюду и всплывало в самых неожиданных местах. Это невероятно раздражало такого прагматика, как Стрэндж.

+1

3

do you remember standing on a broken field,
the harbingers of war with their nature revealed
and our chances flowing by

Локи лежал на животе прямо на полу, ленивым взглядом скользя по рукописным строкам, то и дело отвлекаясь то на впивающуюся в живот скрепку, запутавшуюся в ворсе ковра, то на пятно света, слишком уж усердно пригревающее плечо, то на тихие шорохи и бормотание, доносившееся их глубин библиотеки - многие вещи Санкторума в большей или меньшей степени обладали подобием сознания. В общем, было абсолютно ясно, что процесс очередного библиотечного рейда его нисколько не увлек, и присутствует Локи здесь исключительно за компанию. Благо, что хотя бы не мешает. Он с трудом воспринимал индоевропейкую группу языков, слишком уж отличную от северного наречия. Это Стрэнджу хорошо: ему что санскрит, что древнеисладский - один черт. Ну то есть он одинаково скверно владел обоими - по мнению асгардца, разумеется. Для человека же Стефан обладал знаниями весьма обширными и разносторонними, однако и ему требовалось порой что-то расшифровать в особо заковыристых отрезках текста.
Локи подавил зевок и достал из-за уха карандаш, вынося на вырванный из блокнота лист очередую ссылку из очередного же мистического трактата с философским уклоном, от которого у трикстера глаза собирались в кучку. Интересно, Стрэндж на самом деле следует всем этим "Путям" и "Наставлениям" или просто прикидывается? Сам он прекрасно обходился без этого, идя путем собственным. Не всегда успешно, конечно, но на собственные грабли наступать интереснее, чем на чужие.
Впрочем, сейчас его все устраивало. Здесь, в Мидгарде, он наконец обрел то, чего так и не смог найти в других мирах, а побывать пришлось во многих. У него была лучшая подруга Верити, которая знала, кем он был, и, что намного важнее, кем он является сейчас, принимала его таким, каков есть, прося взамен одного - не лгать ей. И Локи не лгал. Верити он мог рассказать все, но не рассказывал, и вовсе не потому, что не доверял, а для того, чтобы защитить. Эти желания и ощущения были ему внове, захватывали своей новизной, он смаковал их, как сомелье - хорошее вино. Радовался в душе и тайно гордился тем, такой хороший и понимающий.
Самовлюбленный языческий божок.
Еще была Донна. Донна Стрэндж казалось ему странной, но интересной. А еще забавной, веселой, иногда жутко доставучей и бесячей (теперь Локи стало ясно, почему Стефан так рано поседел), но все-таки интересной. Достаточно для того, чтобы не рисковать лишний раз потерей тех отношений, что сложились между ними. Донна была единственной из родичей хранителя нью-йоркского храма, кто не боялся приходить в Санктум Санкторум и, похоже, считала Локи кем-то вроде ученика брата. Колдун не стал убеждать ее, что дело обстоит наоборот, почему-то казалось, что она тогда отстраниться, а только с ней Локи мог обсудить те нюансы, в которые не хотел посвящать ни Уиллис, ни Стрэнджа. Еще она, хоть и считалась по мидгардским меркам достаточно взрослым человеком, была в курсе новинок в сфере киноиндустрии, а йотун сейчас усиленно изучал все сферы творческой деятельности землян, впитывая, увы, плохое пополам с хорошим, так как количество полученных сведений все еще не желало переходить в качество. Как-то, обсуждая Игру Престолов, они так увлеклись, что на шум прилетел Стефан с щитами серафима наперевес.
И конечно же, был сам Стефан Стрэндж, занявший место старшего брата - по традиции, туповатого. Ну ладно, ладно, не такого уж туповатого. Иногда очень даже сметливого. Ну все, все, уговорили, не иногда, а чаще всего... Однако порой то, насколько поверхностными оказывались знания мистика в некоторых областях магии, зачастую самых элементарных, ввергало Локи в пучину отчаяния и фейспалмов. Но в следующее мгновение этот человек мог отжечь такое, что только челюсть держи, при этом не всегда понимая, на сколько мощное и сложное заклинание сотворил. Проще говоря, общение со Стрэнджем делало жизнь непредсказуемой, увлекательной и опасной - все то, без чего Локи жить не мог. Беседы о магии со Стефаном Лафейсон особенно ценил. Тор, тот только отмахивался, начинай Локи объяснять что-то о тонких материях, досадливо поджимал губы, без слов напоминая брату, насколько не в чести у асов магическое искусство, удел слабых и женщин. И до тех пор, пока колдун не встретил Стрэнджа, Локи даже не понимал, насколько не хватает ему этих бесед.
Он опять заложил карандаш за ухо, потер переносицу, достал карандаш, зажав ему между зубами, вздохнул, еще раз вздохнул и перевернулся на спину, щурясь на клонящееся к крышам домов солнце в окне-розе с символом Нью-Йоркского храма. Асгардец как-то спросил Стефана, зачем эти условности, тот начал объяснять, но в итоге, кажется, запутался сам и ловко ушел от ответа. Локи не стал настаивать.
Небо за окном приобрело нежный персиковый, почти оранжевый, оттенок, и трикстер подумал, что в Асгарде такого не видал. Или все-таки видел? Локи нахмурился, пытаясь вспомнить, когда он в последний раз посещал мир асов, но точную дату или сопутствующие тому события почему-то вспомнить не смог. Такое случалось с ним и раньше, не всегда проявляясь помутнениями памяти, но всегда сопровождаясь смутной необъяснимой тревогой. А еще ему снились сны, в которых он умирал. Локи не помнил, как именно, но одно оставалось неизменным - лиловое пламя, в котором он сгорал снова и снова. Это не должно было волновать его, в конце-концов, он и сам сбился со счету, сколько раз успел умереть за свою жизнь, возведя свой обман едва ли не в искусство. Но волновало, отзываясь мурашками вдоль позвоночника. И это должно было волновать его, но каждый раз Лафейсон отмахивался, не желая признаваться даже перед собой, что с ним что-то неладно.
Жизнь была слишком прекрасна, чтобы думать об этом. Разве он не заслужил? Разве он не достоин быть счастливым? После всего... после чего?
Локи сплюнул карандаш и сел, спрятав лицо в ладонях, пытаясь ухватить за хвост ускользающее видение. Да, они с братом не ладили, но ведь было же что-то еще, что привело его на Землю, заставило выбрать жизнь среди мидгардцев. Что-то было... что он здесь делает?
Но слишком пленительным был этот сон наяву. Слишком. Мысли разбегались тараканами по самым темным уголкам сознания, напрягаться не хотелось. Ну то есть вообще.
- А? - встрепенулся Локи, оборачиваясь на голос мага, но не сразу осознав, о чем тот говорит. - Ну не зна-а-аю, Стэф... - срываясь с манерничания на зевок, поддержал игру асгардец, - может быть потому, что эти книги писались, когда единственным способом связи была голубиная почта? Впрочем, ты прав, это их не оправдывает и совершенно не извиняет того, что они посмели усложнить тебе жизнь.
Он снова перевернулся на живот, намереваясь вернуться к своему списку, но вместо того, чтобы снова взяться за карандаш, уткнулся лбом в раскрытую книгу, вытянув руки вдоль тела. В носу защекотало от книжной пыли, но запах нагретой на солнце старой бумаги, ореховых чернил и пергамента был слишком уютным, терпко-сладостным, пробуждающим воспоминания о детстве, чтобы осквернять момент чихом. У матери было много книг, именно Фрига начала учить его магии. Грудь сдавило внезапной болью потери. Неужели он уже успел настолько истосковаться по ней? Ведь с тех пор, как он покинул Асгард, прошло всего...
Локи передернул плечами и мотнул головой, прогоняя навязчивые ощущение, доставляющие странный дискомфорт, и не отрывая лба от книги пробубнил:
- Чему вас только учат в вашем Хогвартсе. Есть ведь довольно просто заклинание... Эй, не смотри на меня так! - воскликнул колдун, поднимая голову и встречаясь глазами со взглядом мистика. - Я-то думал, что тебе доставляет удовольствие процесс. Вы, люди, такие странные, любите тратить время на всякие бессмысленные вещи. Смотри.
Локи вскочил на ноги и едва не пританцовывая от того, что есть повод отвлечься, вышел на середину более-менее свободного от книг пространства. Почесал в затылке, сдвинул рогатый венец на лоб, видно, вспоминая заклинание, и спустя мгновение длинные тонкие пальцы с ногтями, выкрашенными в черный цвет, запорхали по воздуху, вычерчивая символы и фигуры. Начертанные линии неторопливо наливались зеленым гнилушечным сиянием. Локи написал в воздухе несколько рун, покосился на Стрэнджа, размазал их пальцем, зачем-то предварительно его послюнявив, и перешел на латинский алфавит, еще раз скосил глаза на Стефана, быстро переправил букву "а" в слове-ключе "Аткрой" на "о". Критическим взглядом окинул свое творение и ткнул в центр пальцем, словно ставя точку.
Сияющая печать тут же взорвалась искрами, разлетевшимися по библиотеке, быстрыми юркими рыбками снующими меж стеллажей и полок, пронзающими бесчисленные томы. Сейчас книги, в которых вложенный в заклинание запрос совпал с содержимым, должны были  повиснуть в воздухе, раскрытыми на нужной странице, но вместо этого томы и свитки повалились на пол с такой силой, будто их швырял какой-то очень злой полтергейст.
- А-а-а... - протянул Локи, когда улеглась поднявшаяся пылевая завеса, взметнувшая и припорошившая "сединой" его волосы. - Так быть не должно.
Он сконфуженно почесал кончик носа.

Отредактировано Loki Laufeyson (2018-11-18 23:26:02)

+1

4

Локи кривлялся по своему обыкновению, но к его необычным манерам Стефан как будто бы давно привык. Он не смог бы точно сказать как давно они просиживали днями вот так в библиотеке, даже не мог вспомнить как познакомился с Лафейсоном. Что-то щекотало в затылке, но неизменно ускользало. Да и он не спешил гнаться. В любом случае, казалось, что так было всегда, целую вечность.
Стрэндж скосился на него, отрывая взгляд от страницы, и хохотнул в ответ. Асгардский бог был словно ребёнок, маленьким язвительным подростком. Чем-то он напоминал ему Вика, младшего брата, такого же острого временами на язык. В каком-то смысле Локи стал ему заменой Виктора, с которым Стефан совсем не ладил. У них не было общих интересов, да и магия скорее пугала Стрэнджа-младшего, поэтому он нечасто заходил и старался убраться поскорее. С пониманием тоже было трудно, слишком разные характеры. И хотя Винсент всегда любил младшего, хоть и по-своему, ему не хватало каких-то вот таких простых вещей. Он понимал, что от брата ожидать этого не стоит и отпустил его, но легче не стало.
Что-то забиралось под кожу каждый раз, когда он думал о Викторе. У Стефана дрожали руки, но он не знал причины. Становилось холодно и неуютно. Поэтому Стрэндж никому не говорил, но следил за братом. Молча присматривал, наблюдал, как будто что-то предчувствовал и пытался отвести опасность. Что-то было как-то не так и он не понимал что, не особенно задумываясь и списывая это на паранойю. Ответственность старших братьев и всё такое. Ему казалось, что это наверняка оно. Или, может, то, что кололо под рёбрами, потому что Вик в нём не нуждался и не спешил пускать в свою жизнь.
Ну или это неизбежно случается со всеми магами, потому что вместе со способностями они обретают не только огромную ответственность, но и дополнительную тысячу-другую поводов для ночных кошмаров. Ведь стоило ему посмотреть на Донну, улыбка его становилась хрупкой, ломкой, точно снежинка. Она была так полна энергии, а Стеф постоянно казался себе как будто уставшим под всем этим внешним спокойствием. Он едва ли мог вспомнить как она повзрослела, что-то в пазле выбивалось. Деталей не хватало. Он не мог представить ни её выпуска из школы, ни как сидел на церемонии вручения диплома в университете. Это было странно, как и то, что он постоянно путался, забывая на кого она училась.
Но стоило ему будто что-то нащупать, как оцепенение спадало и он снова концентрировался на реальном, происходящем вокруг. Ниточка обрывалась прежде, чем ему удавалось отыскать клубок, который требовалось распутать. Предостерегающая тревога умолкала и становилось легче. Это было слишком хорошо, чтобы с этим расставаться.
Улыбка снова ожила на лице и мир, будто поставленный на паузу, двинулся дальше, а он позволил этому течению себя унести. Локи заговорил о заклинании и взгляд Стрэнджа стал колким, почти обвиняющим. Так смотрят обиженные дети. Это скорее был его собственный недостаток, но такая подробность вовсе не мешала мелочно раздражаться на Лафейсона за то, что тот знал и столько молчал. Потому что они потеряли в библиотеке несколько часов в поисках информации, которую, вероятно, могли получить за секунды.
Стефан всё ещё не позволительно мало знал о магии и такие мелочи, простые бытовые заклинания, которые должны были облегчить жизнь, которые были ему незнакомы, били по больному. А Стрэндж никогда не был из тех людей, кто мог спокойно чего-то не знать. Слишком максималистичный перфекционист, чтобы так легко воспринимать свои же недостатки.
Как ни крои, люди всё равно несовершенны, но в случае с ним это никогда не было оправданием. Особенно, когда речь заходила о нём самом. И это снова кольнуло каким-то смутным ощущением чего-то неправильного, но он только отмахнулся, наблюдая за трикстером, что-то чертившим в воздухе. Новая информация притягивала его куда больше какой-то непонятной ерунды, которая и появилась-то только потому, наверное, что всё слишком спокойно с тех пор, как убрался Дормамму.
Для человека, который в школе учил только американский английский, немного французский и испанский, а потом в университете латынь, он неплохо ориентировался в древних языках. Не то чтобы за пару лет можно было выучить их все, но хотя бы основы Винс к этому моменту уже разобрал. Увы, далеко не всё необходимое вошло в экспресс-курс «стань верховным чародеем Земли за триста шестьдесят пять дней». Так что даже если не мог прочесть, он уже хотя бы приблизился к тому, чтобы понимать что именно ему следует усиленно гуглить в ближайшие несколько часов. Это, само собой, ни в какое сравнение со знаниями Локи не шло, но было вполне удовлетворительно для того, кто в Непал вообще руки лечить ехал.
Руны распознать Винсент смог, но прочитать не успел. Они всё ещё давались ему тяжело и маленькие дети читали быстрее раз в пять, чем он справлялся с особенностями этих странных рисованных картинок. Видят боги, хуже был только древнеегипетский с его птичками и домиками! А вот с заменившей их латынью было проще, её Стефан узнал, тихо рассмеявшись и переглядываясь с Локи. Обилие знаний тоже не было гарантом идеала. И именно поэтому Стрэнджу было с асгардцем легко. Отчасти его подход к магии, лёгкий и напоминающий игру, сводил с ума ищущего во всём систему мага, но всё же напоминал, что ошибаться тоже можно. И иногда это даже весело.
Когда осела пыль, Стефан улыбался, очерчивая в воздухе довольно примитивный магический знак и возвращая разбросанные книги на место.
Да я уже понял, что ты не пыль собирался протереть... — всё ещё посмеиваясь отозвался Стрэндж.
Магический гугл не ловит сеть? Или в Асгарде другой провайдер? — фыркнул он, пытаясь на свой манер повторить формулу Локи, превращая магию в символ. Пока это была наиболее доступная ему форма. Все эти замысловатые грани имели стройность и порядок, как идеальная геометрия, превращая непонятный разрозненный хаос почти в науку.
С первого раза, конечно, не получилось. Но Винс не был бы собой, если бы не попытался ещё и ещё раз, пока наконец не нашёл нужные грани, заставив заклинание работать.
Проблема была только в одном, он не помнил что они ищут. И для мага, являющегося хранителем камня времени, очень скверно ориентировался в движении стрелок часов. Поэтому отозвавшиеся книги содержали какую-то разрозненную и бессвязную информацию, заставляя Стефана всерьёз забеспокоиться.
Есть контакт! — с нервным смешком выдавил он.
Так ведь должно быть?

0

5

Локи зафыркал, как рассерженный кот, отряхиваясь от пыли. Ехидно прищурившись, стащил с себя зеленый плащ и пару раз встряхнул им в сторону злорадствующего Стрэнджа.
- Где-то как-то... - подтверждающе буркнул Бог Историй, закусив костяшку указательного пальца и недовольно хмурясь.
Нет, это не ревность по отношению к магии, которая почему-то его в этот раз подвела, и, упаси Норны, не зависть. Да, между колдунами присутствовал элемент конкуренции, соперничества, кто из них "лучший маг", если вообще можно было было хоть сколько-нибудь серьезно относиться к соперничеству самородка из рода людей, практикующего каких-то несколько лет, и юного, но все же древнего асгардца, посвятившего изучению чародейства всю жизнь. Нет, здесь и сейчас он испытывал скорее обиду на мироздание, отвесившее ему очередной щелчок по носу. Легкий, но не менее оскорбительный.
- Но почему...
Локи сдвинул венец теперь уже на затылок, ожесточенно почесал бровь, как будто хотел проскрести дырку в голове и пошарить там в поисках дельных мыслей. А ведь крутилось что-то такое на краю сознания, виляя хвостом, как прячущаяся, скользящая в траве змея. Сигиль был начертан правильно, тут и гадать нечего, в словах он тоже не мог ошибиться. Уж чем-чем, а Даром Слова он обладал с самых малых лет, причем в случае с Лофтом это была совсем не метафора. Sølvspråk, Среброязыкий - так его называли, и восхваляя, и поминая в проклятиях. Пока Локи не превратился в просто Предателя.
- Погоди. Что ты сказал? "Другой провайдер?" Другой провайдер...
Он лихорадочно заметался по пяточку свободного от наваленных стопками книг пространства, постукивая себя пальцем по губе и что-то невнятно бормоча на асгардском. От кончиков пальцев заструилось зеленоватое сияние, ни во что конкретное так и не оформившееся. Вдруг Локи резко остановился, взмахом руки заставив массивный дубовый стол, заставший, должно быть,еще прабабушку Верховного, со скрежетом отъехать в сторону, сшибая книжные эвересты.
- Хэймдал! - в запрокинутом к небу, то есть к потолку худощавом лице читалась странная решимость. - Хэймдал, открой Биврест!
По уму надо было бы выйти на улицу, Локи знал, какие разрушения может принести открывшийся не в том месте Радужный Мост, особенно в библиотеке, где один топ был ценнее следующего. По уму, да. Если бы на девять десятых уверен, что ничего не произойдет.
- ХЭЙМДАЛ!!!
Остервенение последнего слова сменилось растерянностью, замешанной на нежелании верить в случившееся. Он еще стоял некоторое время вот так, запрокинув голову кверху и раскинув руки, в тщетной надежде, что он ошибся, что страж врат отвлекся на что-то более важное, но не дождался, не допросился в ответ даже легчайшего сквознячка. Опустил руки, неосознанно сжимая кулаки.
- Вот как, - Локи устремил взгляд на обескураженного поведением друга Стрэнджа. - Посмотри же сам. Посмотри! - Лофт схватил Верховного за рукав чуть повыше локтя и потащил в цент пяточка, как будто оттуда могла быть лучше видно, встряхнул его, поторапливая. - Вглядись! Что ты видишь?
Отступил на шаг, повел рукой, коснувшись одной единственной лей-линии из множества тех, что проходили через Санктум Санкторум, и так налилась светом, замерцала, как передающий сигналы нерв. Локи задержал руку над пульсирующей магической жилой, и от нее к его ладони потянулись тончайшие, как паутина, нити, сплетающиеся в причудливый узор, в котором постепенно начали узнаваться очертания земных перечерченных, испещренных сетью драконьих линий. - Видишь? Она закольцованы. Мы ловушке, Док.

Отредактировано Loki Laufeyson (2019-01-12 23:28:15)

+1


Вы здесь » jazzcross » that's my home » life is strange