— Поздновато возвращаетесь, все профсоюзные дела, что ли? Я тут два часа торчу...
— Зачем?
— Повидать захотелось.
— Зачем?
— Тянет.
— А! Уважительная причина. ©
    кроссовер | 18+ | эпизоды    

Тсс, прислушайся. Ты слышишь? Элла Фицджеральд тихонько тянет «Summertime and the livin' is easy...», ветер колышет тонкие ветви ивы, негромко джаз забирается тебе под кожу. Кроссовер «Джаз» раскрывает свои объятия, чтобы ты – именно ты! – начал свою завораживающую историю, полную приключений и по-настоящему глубоких чувств.

jazzcross

Объявление



Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » jazzcross » that's my home » Правда ли, что все угрюмые маги-повстанцы носят на плечах перья?


Правда ли, что все угрюмые маги-повстанцы носят на плечах перья?

Сообщений 1 страница 9 из 9

1


Правда ли, что все угрюмые маги-повстанцы носят на плечах перья?

ВРЕМЯ:
9:31

МЕСТО:
Глубинные Тропы, Первозданный тейг

УЧАСТНИКИ:
Хоук & Андерс

http://funkyimg.com/i/2Njaq.jpg
« Я думал, что больше не имею никакого отношения к Серым Стражам, но если тебе от меня что-то понадобится... »


Гаррет Хоук использует магию только в исключительных случаях...

0

2

.   Прекрасно ориентируясь на местности, Гаррет Хоук, ступив на Глубинные Тропы, понял, что, увы, под землей у него явно был топографический кретинизм. Поначалу, когда они еще двигались всей экспедицией с этим сукиным сыном Бартрандом, он просто недоумевал, каким же образом гномы в принципе понимают, куда им нужно идти, где стоит дорогу сократить и в какие проходы соваться не следует. Затем, когда их заперли в тейге, к недоумению прибавилась легкая тревожность, которая с каждым днем усиливалась. Из свирепого и матерого ищейки Гаррет превращался в слепого котенка, который то и дело упирается носом в тупики либо ходит кругами вокруг одного и того же огромного валуна, не понимая даже приблизительно, какой стороны держаться, чтобы выйти из этого лабиринта. Сейчас, когда было совершенно очевидно, что в скором времени, если они не найдут Серых Стражей и те не примут Карвера, брат умрет, Гаррет уже едва удерживал себя под контролем, чувствуя самый настоящий страх. И это совершенно точно не увеличивало их шансы на спасение. Он не замечал, как собственные движения становились все более дерганными, а легкие сдавливало то ли от постоянной тревоги, то ли от сырого воняющего скверной – за это время Гаррет научился различать ее запах – воздуха. Ему становилось дурно каждый раз, когда, сворачивая в новый коридор, впереди обнаруживался лишь бесконечный полумрак, и единственное, что могло хоть как-то его обнадежить – красный лириум, который врастал в стены Первозданного тейга, практически исчез.
   Стены с каждым поворотом будто бы казались темнее, а смрад, присущий лишь только порождениям тьмы, будто исходил отовсюду. Гаррет счел это хорошим знаком – это значит, что они уже пробирались выше. Мышцы ног нещадно ныли, хотя подъем практически не ощущался, скорее всего, ввиду огромных серпантинных пещер заместо ступеней, которые, на самом деле, здорово бы сэкономили им время. Интересно, кому были выгодны, настолько длинные обходные пути? Могли они сейчас блуждать прямо под Клоакой Киркволла в поисках выхода и, совершенно не подозревая, что, будь у них возможность просто проделать огромную дыру в потолке и спустить сюда элеватор, Карвера можно было спасти за несколько часов?
   Места действительно казались знакомыми. Впрочем, коридоры Глубинных Троп схожи между собой как городские закоулки, в которых любой не местный может заплутать на добрых три часа, а на выходе, повстречав компанию недоброжелателей, еще и остаться без кошелька. Но здесь, на Глубинных Тропах, они могли бы лишиться кое-чего более ценного, так как недоброжелателей, закономерно больше, и сами по себе они гораздо опаснее. Драться в таком состоянии трудно: мало того, что устали, так еще и одного бойца лишились. Карвер, разумеется, мог бы два раза мечом и махнуть, но вряд ли от этого был бы толк.
   Они делали остановки все чаще, отдыхали все дольше и поднимались все тяжелее. В какой-то момент Младший уже просто не мог идти самостоятельно. По очереди они поддерживали его, стараясь не торопить, при этом удерживая хоть какой-то темп. Варрик попытался рассказать какую-то веселую байку, но прервался на середине; последние слова унеслись эхом по пустому коридору, после чего пауза продлилась несколько часов, пока Гаррет вслух не скомандовал сделать небольшой привал, чтобы подкрепиться. Они доели то малое, что у них было, оставив лишь немного хлеба и воды, на случай если их пребывание здесь затянется еще на несколько дней. Потом, переведя дух, вновь встали и пошли дальше. Судя по звуку – кому-то навстречу.
   От небольшого отряда порождений тьмы они едва отбились. Карвер отсиживался в углу, и Гаррету пришлось весь удар принимать на себя. Несколько раз он оглядывался по сторонам, проверяя своих спутников: для Варрика и Андерса, как для дальнобойных бойцов, приближение врага может стать фатальным. А уж Карвер... Едва успев парировать удар, Гаррет ощутил, как лезвие топора порождений тьмы ударилось о его плечо плашмя. риск остаться без руки пересилил страх за свой отряд, и Хоук перестал оглядываться. Слева возник еще один, и пришлось немного подвинуться, уступая ему дорогу, чтобы не получить по ребрам. Тот почти обошел Гаррета, будто пытаясь развернуть к себе и подставить спину остальным, но пока находился в защитной позиции, видимо, намереваясь добраться до кого-то другого. Со стороны, где стоял Андерс, прилетела ледяная стрела – остановив гарлока справа, и у Гаррета теперь была возможность разобраться с другим. Он ударил его по ногам, роняя наземь и вновь развернулся к тем, кто не успел прорваться.
   Врагов было не так много, но сил – еще меньше. Ему нужно было хотя бы ненадолго вывести того, что атакует с фланга, из строя. Чиркнув кинжалом чуть ниже запястья, он ощутил как лезвие обожгло кожу, а большой палец отняло на несколько секунд. Он старался резать неглубоко, чтобы раненой рукой удержать оружие; сжав рукоять крепче, Гаррет поморщился от ударившей от запястье в самое плечо боли. Этого хватит на взрыв разума и потерю ориентации, а потом, если будет нужно, он сможет сделать такой же надрез чуть ближе к локтю. Придется, правда, потом объясняться перед Андерсом... но это будет потом.
   Гарлок замер, качнувшись назад, и Гаррет немедля прошелся лезвием под его гнилым подбородком. Отсечь кинжалом голову целиком было невозможно, но этого и не требовалось: он перерезал горло и оттолкнул чудовище от себя, после чего принялся за второго. Тот едва успел прийти в себя после дезориентационного заклинания, но повторить с ним то же самое Хоук не успел. Раненая рука давала о себе знать, поэтому в какой-то момент он стал отходить в сторону, защищаясь и медленно разворачивая оставшегося в живых гарлока спиной к остальным. Гаррет старался не смотреть на красные глазные яблоки, которые, как казалось, вот-вот выпадут из черепной коробки. К жуткому оскалу он привык, хотя в целом изуродованная морда такого монстра действовала почти так же хорошо, как заклинание ужаса.
   Финальный аккорд поставил Варрик, вонзив стрелу чудовищу куда-то в затылок. Гарлок несколько секунд еще пытался сражаться, но затем, сморщившись, свалился вперед. Некоторое время Гаррет не двигался, глядя на упавшего практически ему на ноги порождение тьмы и будто желая убедиться, что тот действительно сдох. Затем брезгливо пнул и в следующую секунду почувствовал новый укол боли в руке. Кинжал выпал из ослабленной хватки, звякнув о камни. Показалось, будто Гаррет вот-вот упадет, но он всего лишь присел – развернувшись к брату, он осмотрел его на предмет возможных ранений (прекрасно понимая, что если таковые и случились в этом бою, едва ли Карверу станет хуже), после чего прижался спиной к холодной стене и положил поврежденную руку себе на колено.

+2

3

Андерс не знал, как вообще позволил Хоуку уболтать себя на эту экспедицию. После того, как он ушел из стражей, маг был уверен, что больше ни-ни. Ни ногой. Ни даже кончика носа его на глубинных тропах не будет, во всяком случае до тех пор, пока Зов в голове не зазвенит. И вот – пожалуйста, замкнутое пространство когда-то величественных гномьих тейгов, затхлый воздух, гарлочье дерьмо, покрытые вековой пылью сундуки с сомнительными трофеями (золото бесполезно под землей – его нельзя пить и есть, им нельзя дышать, и вряд ли можно откупиться от чудовищ), завалы, завалы, порождения тьмы, духи камня, порождения тьмы, демоны, порождения тьмы, и хвала Создателю – обошлось без маток, эти твари Андерсу до сих пор иногда снились в кошмарах.
Он отдал Гаррету карты троп, он не раз кивал, вздыхал, откладывал дела и шел за ферелденцем потому что «мне нужен целитель», потому что ну как отказать – убьется же такими темпами, и вот как сказать «нет», а потом узнать парня в куске обугленного мяса, который добросердечные беженцы найдут где-то в Клоаке принесут к нему на стол (предварительно обобрав)?
Ну да. Наверное, потому и пошел. Просто Андерс представил себе, что не пойдет… и первую неделю, наверное, будет даже хорошо. Он сможет больше времени уделять пациентам, он наконец-то разгребет те ящики от Лирен с «может пригодиться, а может и нет», он наведет порядок на полках и сделает запас припарок, аптечек, насобирает на Рваном берегу эльфийского корня, не отходя далеко «а вдруг там пираты, ну пойдем же посмотрим, вдруг им без нас скучно!», перестанет просаживать Варрику остатки денег и сможет купить новый перегонный куб для зелий. Так пройдет неделя. Две. Он начнет думать, что с Хоуком. Начнет дергаться, когда на пороге лечебницы будут возникать люди. Через месяц он изведется ко всем демонам. Через полтора… Да будь оно все проклято. Лучше сразу. Не оттягивая. Заодно можно признаться себе, что беспардонный и нахальный разбойник стал для него достаточно важен, чтобы ворча и ругаясь, но все же спуститься под землю. Сверкающие подштанники Андрасте, во что же он ввязался?!

…проклятые глубинные тропы. Андерс делал все что мог для Карвера, но и он сам, и дух внутри него чуяли скверну, отравляющую кровь младшего Хоука, и понимали, что времени мало. Маг сам предложил выйти на серых стражей и хотя он не говорил этого спутникам, но думал, что шансов практически нет – ну какова вероятность, что стражи, у которых он умыкнул карты два года назад, окажутся именно здесь, именно сейчас? Почти нулевая. И все же Хоук невероятно везучий засранец, думал Андерс, когда они вышли из очередного темного коридора в очередной полутемный зал, ведущий в очередной темный коридор, и почти пропустил скачок присутствия скверны – Создатель, да здесь почти постоянно несло присутствием порождений тьмы, так что неудивительно, что небольшой отряд он не почуял.
Карвер уже не мог сражаться, и сейчас Андерс, пожалуй, в полной мере осознал, насколько полезным членом экспедиции был вечно ноющий или брюзжащий воин. Во всяком случае именно благодаря ему они с Варриком имели возможность поражать противников с безопасной дистанции, а Гаррет – подкрадываться незамеченным, чтобы убивать одним сильным и выверенным ударом. Он едва не пропустил момент – снова! – когда гарлок едва не добрался до Гаррета, но все же успел пустить заклинание, чуял уже, почти последнее… а потом это стало не важно, потому что вместо того, чтобы полоснуть гарлока, Гаррет достал откуда-то маленький ножичек и полоснул по запястью себя.

…сколько раз он видел такое. Вот нож, вот маг, вот кровь, железный запах, вот плоть рвется, корежится, как старое платье из кожи и мяса, выпуская наружу создание Тени – голодное ли, гневное ли, исполненное ли гордыни – все едино – чуждое. Опасное. Демон. Андерс чувствует боль – свою. Гаррет, как так?! Все это время?! ТЫ?! Маг?! Кровь?! Создатель!.. Андерс чувствует страх – свой.  Что сейчас все выйдет из-под контроля. Что удержавшись от сделки с одним демоном, Хоук выпустил другого. Что сейчас этот веселый и злой, колкий, ехидный, живой разбойник исчезнет и вместо золотистых глаз на Андерса глянут красные. И не удержишь уже…
Андерс чувствует гнев. Тяжелую, холодную волну, поднимающуюся сквозь его тело из Тени. Это уже не его. Это – Справедливость. Стоп. Это тоже – его… или нет? Он не может сказать. Остатки сил уходят на то, чтобы подавить эту волну и бессильно опереться на посох. Перевести дыхание. Варрик жив и цел. Карвер – все еще. Дышит тяжело, лицо землисто-серое, радужка глаз помутневшая, как у лежавшего на морозе мертвеца. Первым делом Андерс подходит к нему, хотя видит, что Хоук уже провел осмотр. Крохи магии, остатки притянутого из Тени для боя, немного очищения и немного оставить на еще одно исцеление.
«Порядок, Блондинчик», - хрипло говорит Варрик, и Андерс благодарен ему, хотя видит, что тот почти сдался усталости. Как и все они. Но от этого у мага нет заклинаний.

Он подходит к сидящему у стены Гаррету, опускается рядом с ним на колени и аккуратно берет порезанное запястье – тот выдирает руку, и Андерсу кажется, что в этом жесте больше детского упрямства (да, Хоук, я в курсе, что ты взрослый и сильный мальчик, а теперь давай руку назад), чем настоящей агрессии. Порез неглубокий, тут могло бы хватить целебной припарки и давящей повязки, но Андерсу хочется залечить эту рану без следа – с чужой кожи, и с собственной памяти, не было, не видел, не знаю, все в порядке, в порядке!..
Нет. Так нельзя. Обманывать себя у Андерса всегда получалось просто отлично – до соседства со Справедливостью. Тот безжалостно отсекал все те сладкие и успокаивающие слова лжи, которые маг когда-то говорил себе и другим.

- Ты маг, - негромко произнес Андерс, накрывая пальцами порез и смыкая на миг веки, пока его собственная магия сращивала сосуды, ткани и кожу. Он снова распахнул глаза и взгляд его, направленный на Хоука, сложно было назвать добрым. Пальцы целителя так и не выпустили запястья, сжались сильнее (не смей уходить от ответа, не смей юлить, смотри на меня, не ври мне!), - Ты маг крови. Как долго ты собирался это скрывать?.. – он хотел, хотел говорить тихо, хотел сохранять хладнокровие, но это все было просто слишком, -  Кто тебя научил этому? Зачем, Хоук?! Я думал, ты… ты не маг, или просто слабый маг, но это вот зачем?! Это же самое паршивое… Гаррет, а что отец, я думал… - мысли прыгали, как сумасшедшие, а за ним и слова, Андерс понимал, что несет какую-то чушь и кто ж так спрашивает-то, но он не знал даже, чего больше хочет – дать Хоуку высказаться или врезать по морде.
- Нормальный он маг, - хрипло засмеялся Карвер из своего угла, откинув голову на каменный выступ и прикрыв глаза, - Просто лириум невкусный и дорогой. Да, братишка?..

+3

4

.   Если бы у Гаррета были силы, он бы точно куда-то сбежал. Сбежал бы, как привык всегда бежать: от вопросов, от ответов, от попыток наставить на путь истинный, будто бы он – ничего не понимающий в этой жизни мальчик. И от этого взгляда тоже сбежал бы, потому что в глазах Андерса читал злость и осуждение. Впрочем, не он один таким был, поэтому-то Гаррет и держал свой секрет... в секрете. Разумеется, от брата и сестры подобное не скроешь, они его знали с детства, но, кажется, смирились и даже приняли, пусть и нехотя, магию крови, которая не единожды спасала жизнь им всем. В конце-концов, если бы не она, сидел бы Карвер здесь, на этом самом месте? Гаррет не был целителем, но помогал Бетани с лечением брата как мог тогда, под Лотерингом. Откуда бы взялось у простых мещан, бегущих от Мора, столько лириума?
   Гаррет сжал губы и выдернул руку. Это не значило, что он отказывался от помощи. Хотелось просто сказать Андерсу, что... Много чего сказать, если честно, даже наговорить, а потом, наверное, жалеть всю дорогу назад о том, что не смог сдержаться в эту самую минуту. А чего он ждал? Андерс был из тех магов, которые точно по голове не погладят за магию крови. Меньше всего он хотел этого осуждения от человека, впустившего в свое тело духа. Осталось только вернуться в Киркволл и рассказать обо всем Мерриль. Вот будет забавно, если она на него тоже так посмотрит.
   Но вылечить себя он все же дал. И целителю своему позволил высказаться, даже на вопрос хотел ответить, хотя бы один – в благодарность за руку. Карвер, правда, успел первым, даже попытался пошутить, но вряд ли сейчас это могло позабавить Андерса.
    – Напомни мне, почему я тебя сюда взял и сейчас пытаюсь спасти? А, я подумал, что ты будешь держать рот на замке... – тихо хмыкнув, Гаррет вновь скривился, пытаясь несколько раз согнуть и разогнуть пальцы; снова будто ток пронзил его от кончиков пальцев в самую середину, но в целом, повторив это несколько раз, Хоук привык к этому ощущению и решил, что все не так уж и плохо. Может, через полчаса, даже сможет нормально кинжал держать. – Да, он невкусный и дорогой. – Некоторое время он смотрел просто вперед, в грудь, но будто бы сквозь Андерса, но затем все же сфокусировал взгляд на его лице: все еще этот гнев в глазах и... будто бы горечь от того, что у Гаррета в принципе была такая тайна от него. От него! Одержимого, который в тот же день, пусть и не нарочно, но дал понять, что с ним не так.
   В этот момент казалось, будто никого больше не было здесь, кроме него. Вернее, даже не Андерса, а духа в нем, который, конечно же, тоже подобные вещи осуждал. Который в принципе осуждал многие вещи, привычные для Гаррета. В Тени, может, такое понятие как справедливость и существовало, но в реальности встречалось довольно редко. На то ведь она зовется реальностью.
    – Учитывая твою реакцию сейчас, я бы скрывал это настолько долго, насколько это было возможно.
   Хоук говорил едва слышно, но в давящей тишине шепот походил на крик; он эхом отбивался от неровных стен коридоров, придавая словам особую интонацию. Обычно такие фразы помнят долго, слышат во снах и возвращают в спорах. Гаррет почувствовал, как брат слабо пихнул его в бок локтем, и тут же заткнулся. Мысленно он не звучал настолько грубо, и, лишь произнеся это вслух, он понял, что лучше бы промолчал.
   Варрик "щелкнул" арбалетом и уселся у стены напротив. Наверное, решил, что, кажется, выяснять отношения они будут долго, раз принялся чистить Бьянку. Хоук перевел взгляд на полуживого Карвера – нет, выяснять придется после.
    – Если мы сейчас же не... – завидев поднятый кверху палец Варрика, он замолчал.
   Гном медленно поднялся с места и развернулся в ту сторону, откуда всего пару минут назад вылез тот самый отряд порождений тьмы, направил арбалет и замер, приняв стойку. Карвер потянулся рукой к мечу, а Гаррет – к тому кинжалу, что теперь лежал почти в метре от него. И все уставились в одну точку, вглядываясь в полутьму так внимательно, будто бы от этого зависела их – но ведь это правда! – жизнь.
   Хорошо бы собрать болты, но теперь, наверное, уже поздно. Хоук сомневался, что это поможет им победить, но они хотя бы смогут оттянуть время. Было ясно, что еще одной атаки им не пережить – разве что Гаррет проткнет себя андерсовым посохом, как любят делать малефикары, и наколдует что-нибудь по-настоящему мощное. Потом, конечно, никакой маны вылечить его не хватит. Зато спасется хоть кто-то, а о Хоуке будут слагать песни и стихи. Может, Варрик и памятник профинансирует где-нибудь около Висельника. А Изабела сможет в его честь и будущий корабль назвать. Да вообще можно даже город переименовать – в Хоукволл. И пусть только кто попробует сказать, что Гаррет был законченным эгоистом.
   Он ухватился за руку Андерса и потянулся, поднимаясь на ноги и при этом пытаясь не скрипеть как на ладан дышащий старикашка. Если уж и правда придется драться, лучше делать это стоя, а то ведь могут заколоть как свинью... что за бесславная смерть? Шаги звучали уже не так гулко, звук становился более низким и глухим. Считанные секунды остались до столкновения, но, как обычно это бывает в классических напряженных моментов, они ощущались как несколько часов.
    – Андерс, – голос невысокий, незнакомый. С акцентом. Гаррету он был незнаком – если он и встречался с его обладателем, вряд ли их диалог был долгим.
   Хоук глянул на целителя, проверяя реакцию. Затем повернулся к тому, кто заставил их схватить оружие – синие в полоску доспехи, насколько можно было разглядеть, темные усы и двуручная секира в руках. За спиной незнакомца встали еще двое, носившие такую же броню. Гаррету понадобилось всего несколько секунд, чтоб опознать, кто перед ними стоит. Впрочем, если даже отбросить логику – кто из людей в здравом уме будет ходить по Глубинным Тропам? – эмблемы с грифонами красноречиво поблескивали, будто нарочно привлекая внимание. Интересно, что за металл для них используется?
   Гаррет вновь перевез взгляд на Андерса, теперь уже глядя нетерпеливо и даже немного требовательно. Представь же нас, ну. А потом обернулся на Карвера, который, кажется, вот-вот потеряет сознание. Опустившись вновь на землю, он несколько раз ударил брата по щекам – тот немного пошевелил головой и несколько раз моргнул, но было совершенно очевидно, что теперь у них было всего несколько часов, прежде чем станет слишком поздно.

+1

5

«…учитывая твою реакцию сейчас я бы скрывал так долго, как только возможно» кольнуло. М-нет. Не «кольнуло». Лучше б по морде дал.
Самому Хоуку практически сразу стало известно, с кем или чем он имеет дело – тогда, в церкви, Андерс не мог и не хотел сдерживаться. Не после того, что они сделали с Карлом. Обычно он чувствовал душную, пахнущую грозой волну гнева Справедливости, чувствовал, как начинает раздражать дневной свет и как меняется восприятие, но в тот раз контроль слетел моментально – его накрыло этой волной и он тогда был этому почти рад. Справедливость принял удар на себя, и когда вернул магу власть над разделенным на двоих телом, боль стала чуть менее невыносимой, чем была вначале. Гаррет принял его тогда – не без уточнений и не без опаски (или Андерсу уже чудилось брезгливое отчуждение) может ли он сейчас принять эту «особенность» Хоука? Возможно. Вероятно. Отличная, демоны побери, парочка: одержимый и маг крови, оживший кошмар любого храмовника. 
А вот принять тот факт, что Хоук ему, как оказалось, не доверяет, оказалось сложнее, поэтому слабый фон скверны и человеческие шаги воспринялись едва ли не спасением.
- Всё потом, - тихо ответил маг, имея в виду разговор о магии крови и магии в целом.
Андерс не знал, кого именно из стражей встретит на тропах. Одним из худших вариантов был бы, конечно, страж-командор. Пришлось бы много объясняться, потому что так просто его б не отпустили. Или Натаниэль Хоу. Ему было бы мучительно неловко смотреть в глаза. Они вроде как дружили. 
«Я, кажется, должен был тебе сообщить, что уходя из стражей я, как бы так сказать, немного инсценировал свою смерть и еще – так вышло – убил человек пятнадцать. Но они были плохие люди и храмовники, не переживай», - мысленно сообщил Хоуку Андерс, помогая ему подняться. Даже в голове фраза звучала насмешливо и горько.

- Андерс, - голос сэра Страуда (или «сэра Усы», как его звали за глаза некоторые охамевшие от свалившейся на голову свободы белобрысые новички) был удивленным, но не слишком.
- Стауд. Рад тебя видеть здесь! – веселое и нахальное дружелюбие в голосе Андерса могло обмануть, пожалуй, кого угодно.
- Убиваешь порождений тьмы? Ты? Здесь? Вот уж не думал, - хмыкнул себе в усы страж.
- Не то чтобы… - Андерс перевел взгляд на Карвера, рядом с которым сидел Хоук. И что он слышал только что? Звук пощечины? Кто-то вырубился или кто-то пользуется шансом?
- Ах. Я вижу, - Страуд несколько посерьезнел. Андерс вспомнил что о нем говорили. Орлейский шевалье, оставивший семью ради службы в Ордене. Честь, благородство, пример для подражания и даже без сарказма, - Ты хочешь предложить новичка. Но служба в Ордене это не милосердие и не исцеление, Андерс, и кому как не тебе это знать.
- Я прекрасно знаю, Страуд, - огрызнулся Андерс, - И я не прошу тебя о милосердии.
Он повернулся к Хоукам - обоим, глядя на них и не зная пока что еще сказать. Осозание, что от его слов может зависеть жизнь, не очень-то помогало думать.
...но Гаррет точно что-то скажет. Умное и колкое. Вот уж кто за словом в карман не лезет.

+1

6

.   Вот уж чего Гаррет не ждал, так это что удача повернется к ним не пятой точкой, и все же обстоятельства сложатся благоприятно – насколько можно употребить эту слово в данном контексте. Конечно, им еще со того дня везло, как Карвер едва не умер от драки с тем увальнем-огром, а потом Флемет унесла их на драконе – на себе, точнее говоря, – а потом они так удачно сели на корабль, и им даже не пришлось ночевать а Казематах чтоб пройти в переполненный город... Красота. В некоторые моменты Гаррету было особенно трудно поверить в то, что кому-то действительно может так везти, как ему.
   А теперь он на Глубинных тропах, едва выбрались из тейга, в котором их запер хитросделанный и жадный брат Варрика, вместе с красным лириумом, древними духами, в компании из мага-бывшего-Серого-Стража-ныне-целителя-одержимого-духом-Справедливости и вечно ноющего брата, который в придачу еще и скверной заразился. Едва почти закончилась, грибы, которые они нашли, оказались тем еще дерьмом, порождений тьмы на пути все больше, а туннели все не заканчиваются. Но чего еще он ждал от Глубинных троп? Видимо, перед тем как родиться, Гаррет много и часто целовал зад самого Создателя, и теперь он даже в таких передрягах посылает ему руку помощи. В данном случае – троих Стражей, которые дадут Карверу шанс. А уж они втроем как-нибудь выпутаются.
   Пока Андерс любезно – так только казалось – беседовал с этим Страудом, Гаррет поднял Карвера, обхватив за грудь, закинул его руку себе на плечи и поставил на ноги. Братец едва соображал, но в целом выглядел не так ущербно, как тот доходяга-храмовник Уэсли. Впрочем, Карвер крупнее будет раза в полтора, так что, может, это не так уж и хорошо. В любом случае финал близок, каким бы он не оказался.
   Он слышал, о чем они говорили. И да, нетрудно было понять, что Карвер, возможно, платит за свою жизнь очень дорого. Хоук в общем-то все равно, не ему же этим заниматься. Зато никто не повесит на него, что младший брат погиб по его вине. Да и обидно будет за то, сколько он усилий потратил год назад. Неужели это было зря и он смог подарить лишь год жизни? Еще и какой – в настоящей помойной яме, из которой он так до сих пор и не выбрались.
    – Это будет милосердием для меня, потому что Карвер – та еще заноза в заднице. Но он хороший и крепкий боец, и он нужен вам так же, как вы ему.
   Гаррет никогда бы не подумал, что будет нахваливать такого нытика, как Младший. Тот конечно заслужил это, ведь ему вряд ли кто-то даже спасибо сказал за все, что он пытался сделать, но не смог. Впрочем, сейчас Хоук в принципе готов был даже выдумать, что это Карвер управлял тем драконом, на котором они спаслись из Лотеринга, лишь бы его забрали. Трудно было только сказать, действительно ли он так сильно хотел его спасти или просто хотел избавиться от ответственности. Жизнь Карвера уже не зависела от него. Разве что от того, что он скажет.
    – Посвящение может убить его так же, как и скверна.
    – Но так у него будет шанс. Будет очень глупо, если откажете. Он выжил при Остагаре, а потом сражался рядом со мной, когда мы бежали из Лотеринга во время Мора. Да он едва огра не завалил в одиночку!
   Технически это даже не было ложью, ведь Гаррет предусмотрительно добавил "чуть". Ему послышался едва различимый "хмык" за спиной, принадлежавший, по-видимому, Варрику. Теперь история побега из Ферелдена заиграет новыми красками.
    – Если мы его и возьмем, то прямо сейчас. И, скорее всего, вы не будете больше видеться.
    – Не буду говорить, что я разочарован.
   Карвер закашлялся, но Гаррет руку на отсечение дал бы, что мелкий хотел посмеяться и ответить что-нибудь колкое в ответ. Такими уж были их отношения. Возможно, действительно этого будет не хватать.
   Идти с ними запрещалось, что Гаррет считал очень глупой затеей, потому что все стремились выйти как можно быстрее, а если на пути им повстречается кто-нибудь опасный, всяко легче отбиться не втроем, а вшестером. Страуд был непреклонен, и Хоуку очень хотелось покривляться ему в спину, но пришлось держать лицо, пока Карвер все еще был здесь. Кто их знает, они и передумать могут. Потом он и сам призадумался, так ли это было правильно, когда с ними еще и Андерс. Вроде как силком они его в орден не потащили, но неизвестно, как они запоют, когда все окажутся на поверхности.
   Им дали несколько минут на то, чтобы попрощаться. Впрочем, хватило бы и нескольких секунд – послать друг друга куда подальше и разойтись по своим дорогам. Для их семьи это было самым настоящим несчастьям, Гаррет понятия теперь не имел, как он расскажет о случившемся матери и Бетани. С другой стороны, это хороший шанс для Карвера обрести собственный путь и перестать быть тенью старшего брата.
   "Позаботься о них", – сказал он, прежде чем уйти. На что Гаррет просто попросил его не умереть, чтоб не расстраивать матушку. Некоторое время он стоял и смотрел брату в спину, пока еще не осознавая то, что только что произошло. Потом скомандовал сделать привал – они ведь так и не отдохнули после той схватки. Рука вдруг вновь заныла, а Хоук ведь и позабыл об этом, когда явились Стражи. Он поднял ее и осмотрел следы от ранения. Чего про Андерса не говори как про Стража, а целителем он был прекрасным. Некоторое время Гаррет водил по собственной руке кончиками пальцев, а затем все же посмотрел на мага. Он ведь хотел поговорить?
    – Это... сложно, – резюмировал Хоук, – сложнее, чем ты думаешь. И я не из тех шизиков, которые заключают сделки с демонами, пьют кровь девственниц и едят младенцев. Это просто способ достижения цели.
   На самом деле Гаррет и сам не понимал, почему объясняется. По сути он ведь не должен. И все же Андерс был с ним честен, а потом столько раз выручал, и вон Карвера спас, что молчать было слишком по-свински даже Хоука. Да и он не казался таким твердолобым, как Фенрис. Вот уж с ним подобный разговор был бы гораздо тяжелее.

+1

7

Андерс был очень рад настойчивости и непреклонности Страуда в своем желании идти отдельно от них. Он догадывался, почему - тому надо было обсудить с другими стражами ритуал посвящения и, может, успеть хоть немного познакомиться с Карвером. Мелькнула даже мысль, что, в общем-то, никто не помешает добить из милосердия зараженного скверной парня, а родне написать - не пережил посвящения. Или вообще ничего не писать. Пусть живут с мыслью, что их сын и брат где-то в дальних краях совершает подвиги. Но, конечно, зная Жана-Марка Страуда, можно было быть спокойным - этот парень слова не нарушал, и если сказал "хорошо, мы возьмем его", то можно было быть уверенными, что так оно и будет... а еще Андерсу было гораздо спокойнее без стражей. Если бы тем пришло в голову скрасить время дороги приятной беседой о том, почему же все-таки один конкретно взятый маг оставил Орден, куда делся Ролан, что произошло на той поляне что там нашли только кучу обгоревших тел, где Джастис, то у него могло бы быть много неприятных минут. И последствия могли бы тоже никому не понравиться.
Когда эхо шагов стражей стихло в направлении одного из коридоров, а Хоук объявил привал, он вздохнул с облегчением. Можно будет даже попытаться поспать. Если жалобные сигналы пустого желудка позволят уснуть. Почему магией можно создать огненный шар, но нельзя - хорошо прожаренную индейку? Вырастить за несколько минут кукурузные початки? Наколдовать бочку вина?.. Ужасное упущение.

Андерс скинул рюкзак на относительно ровный участок тропы, где сохранилась тесанная плитка древней гномьей дороги, оглянулся, прикидывая, где лучше разместиться, чтобы иметь оптимальный обзор, укрытие и пути к отступлению, когда увидел, как Хоук смотрит на свою ладонь. А. Вот. Точно. Это незавершенный разговор тянет мерзко холодком под лопаткой, а не голод.

"Просто способ достижения цели". Ну да. Когда в твоих целях - заработать немножечко денег - ничего страшного. А когда задача - выжить или сохранить жизнь близкому, а силы не равны... на что ты пойдешь и как далеко зайдешь, чтобы достигнуть этой цели?
Андерс покачал головой и подошел к Хоуку.
- Знаешь, мало кто начинает интересоваться магией крови, чтобы проливать кровь девственниц или есть младенцев, - заметил он, - Обычно и начинается все с того "я просто хочу выжить". "Я просто хочу быть на свободе". "Я просто хочу, чтоб меня не трогали".
"А потом бац - и ты больше не один в своей голове", - добавил он мысленно, горько усмехнувшись.
- Ты не сказал мне, что ты маг. Просто - маг. Почему? Этого-то ты от меня мог не скрывать, - Андерс пытался, чтобы упрек не пробрался в голос, но, кажется, не очень-то преуспел, - Если... если тебе просто не хватает навыков и ты обратился к этому потому, что нет других вариантов, я мог бы научить тебя. Можно ведь обойтись без крови, Гаррет. Давай я помогу тебе. Я научу тебя заклинаниям, научу ограждать свой разум от существ Тени, научу как брать из Тени столько силы, сколько надо, не выжигая резервы и расчитывая силу. Хочешь?..
...ужасно хотелось коснуться плеча. Убедиться, что он еще тут, что это по-прежнему тот же человек, который однажды явился на порог лечебницы, ошарашил "мне надо" и легко согласился пойти подстраховать в церкви, а после... а после не стал осуждать. Возможно, это его шанс вернуть долг. Возможно, это испытание их дружбы и возможно Андерс - тот самый шанс для Хоука не стать одержимым?
В любом случае он должен попытаться.

+1

8

.   Хоук смотрел на него долго – все то время, что Андерс говорил. Смотрел и никак не мог понять, откуда у этого человека, учитывая то, что с ним случалось не раз и не два, осталась какая-то вера в хороших людей? Думал ли он так о каждом маге крови или дело было только в Гаррете? Сейчас он казался таким идеалистом, что Хоук едва ли не начал умиляться, а те слова – "научу" и "помогу" – что-то в нем пробудили. И будь Гаррет и вправду новичком в этом деле, то мог бы, ни секунду не думая, согласиться и приходить в лечебницу Андерсу хоть каждый день, осваивая магию.
   Но Гаррет был обучен. Отец до самой своей смерти пытался передать своим детям все, что знал сам, даже если они какие-то знания отвергались. Бетани была тогда такой же наивной идеалисткой, поэтому Малькольм не пытался с ней говорить о чем-то запрещенном. Гаррет был другим. Он не любил магию и не считал это поводом для гордости, если это просто умение жонглировать огненными шарами. Однако он уделил бы ей намного больше внимания, если бы она давала человеку столько же, сколько давал металл, при этом не прилагая множество усилий, внимания, концентрации и прочего. Любому воину это все было нужно, но магу было еще сложнее, а Хоук признавал тот путь, который был самым легким, даже если не совсем честным.
   Отец однажды сказал ему, что магия крови и в половину не так опасна, как о ней говорят. Точно так же может быть опасно и пламя, и лед, и камень, выпущенный с помощью посоха. Все зависит от того, кто его выпускает. Они с Гарретом, даже если упустить внешнее сходство, были очень похожи внутри – несмотря на то, что оба должны были заботиться о семье, предпочитали не брать на себя слишком много ответственности, несмотря на то, что оба были магами, предпочитали пользоваться ею в самом крайнем случае по разным причинам, и, несмотря на то, что в целом их окружал мир, кажущийся черно-белым, оба видели в нем все краски, кроме, собственно, черной и белой.
   Гаррет был почти уверен, что отец когда-нибудь раз, да имел дело с магией крови. Если уж обществом это настолько порицается, неудивительно, что он не делился этим даже в кругу семьи. Хоуку было всегда интересно, рассказал бы он ему позже свою тайну? Почему это случилось и что заставило его пойти на такой шаг?
    – Мой отец учил меня. А кровь я использую уже много лет, если мне нужна магия.
   Право, какого же идиота Андерс из него делает! Неужели он думает, что Хоук действительно так же наивен, как милашка Мерриль? Внушив себе то, что магия крови – это плохо, он даже не догадывается, как часто именно она выручала его и его семью. Обычно это любят списывать на "просто везение" или "потом будет все иначе", чуть реже – вообще не спрашивают. Потому что не хотят обсуждать то, что находится немного глубже, за пределами черно-белого мира.
   Он вздохнул и вытащил из своей походной сумки флягу с водой. Еще чуть-чуть, и она будет цвести и пахнуть, так что Гаррет мелочиться не стал и допил все до последней капли, после чего ненадолго замер, будто бы и вовсе отключаясь.
    – Не нужна мне помощь. Просто исцеляй и... – до Хоука не сразу дошло, как холодно и грубо это звучало; он умолк и пришел наконец в себя, поднимая глаза на Андерса.
   Он сам не понимал, за что поступал с ним так сейчас. Все это время целитель хотел ему только хорошего. И помогал всегда, даже если это могло принести ему какой-либо ущерб. Даже сейчас пытается вразумить и наставить на путь истинный. Гаррет ненавидел, когда его пытались учить. Никогда никого не осуждая, он требовал того же отношения и к себе. Даже если это должно быть во благо, сам факт того, что человек навязывает эти черно-белые принципы, заставляет его огрызаться, как загнанную в угол одной из подворотен Нижнего города бродячую собаку.
    – Спасибо за руку, за брата и за... за заботу.
   Сей момент Варрику неплохо было бы занести в хроники, потому что, кажется, и для него, и для Андерса это был первый раз, когда Гаррет искренне кого-то благодарил. На самом деле его тон был странным, необычным, и сама благодарность звучала как-то искусственно. Чего-чего, а вот этого Хоук никогда не умел, поэтому и прозвучало паршиво. Можно ли надеяться на то, что его друзья знают его достаточно хорошо, чтобы различить в его голосе то, что он пытался донести?

+1

9

...просто исцеляй и...
"Молчи", - подсказал Андерс мысленно и горько, с кривой невеселой усмешкой встречая взгляд Гаррета. Нормальное отношение к магу любого взрослого, здорового человека, воспитанного церковью и даже претендующего на звание терпимого. Просто исцеляй и молчи. Уничтожай порождений тьмы - и молчи. Спасай мир от Мора - и - ради Создателя, Андрасте и всего святого! - молчи. Будь хорошим магом. Возьми за старания пузырек лириума и прочти пятый куплет Песни Света. Свободен. Аха-ха. Нет. Шутка.
Конечно, Андерс привык, за полтора десятка лет, что швырялся огнем/молниями/ледяными стрелами осознанно. И все равно от Хоука, который сам к тому же оказался магом, это было слышать... больно.
Приглушенный этой болью, как пыльным мешком, маг не сразу даже понял, что сказал Хоук деревянным каким-то и нескладным тоном.
Спаси... что?
Варик хмыкнул в метафизическую гномью бороду, Андерс изящно, как ему показалось, приподнял бровь. О как. Гаррет Хоук изволили поблагодарить. Впервые. За заботу. И руку. И брата. Андерс в уме добавил к счету с десяток изведенных на припарки простыней, сотню недоспанных часов, густую прядь седых волос ("ой, да это же не дракон, так, дракошечка какая-то! кс-кс-кс!..") и тысячу "чтоб тебя, Хоук...". Досчитал до десяти про себя. Выдохнул. Встряхнул головой.
- Пожалуйста, - он все же удержался от того, чтобы изобразить церемонный книксен, - Всегда к твоим услугам. И раз уж мы закончили, предлагаю вернуться к попыткам выбраться на поверхность.
"Говоришь почти как Гаррет".
"С кем поведешься..."
Андерс подхватил свой рюкзак, хотя еще пару минут назад собирался просто вырубиться хотя бы на десять минут. Второе дыхание, что ли, открылось? Да и вправду не время ссориться. А к этой теме они еще вернутся. Как, наверное, и к Справедливости. И варриковскому братцу. И многому другому дерьму...
                                                                    ----------------//--------------

Еще тогда, на тропах, Андерс не предполагал, что ближайшее дерьмо, к которому они вернутся, будет совсем не абстрактным, а очень даже настоящим, застаревшим, засохшим и что его будет СТОЛЬКО. Работорговцы, воротившие свои темные дела в поместье Амеллов, содержали подвалы в не лучшем состоянии. Андерс пытался не думать о пленниках, которые проводили тут долгие дни, если не недели, прежде чем быть погруженными на корабль и увезенными в Тевинтер. Не то чтобы целитель мог позволить себе роскошь быть брезгливым, просто... да, не то, о чем хочется думать, когда тебя в кои-то веки позвали работать не посохом, а шваброй. Приятное разнообразие. Хорошо разгружает голову.

...первой сбежала Изабелла, сообщив, что все свои палубы она отдраила еще десять лет назад, а если они хотят полюбоваться на её корму, то это можно сделать в менее принужденной обстановке. Затем ушла Авелин - её можно понять, у неё смена. Потом, сославшись на какую-то важную встречу в Висельнике, ретировался Варрик. Потом они хором отправили домой Мерриль - от эльфийки толку было что с самца галлы молока, она веник-то впервые в жизни месяц назад увидела, какой тут толк? Фенрис долго мялся, явно не желая оставлять своего обожаемого Хоука наедине с одержимым, но в итоге сдался и он. Андерс же, который еще утром предупредил помощников его не ждать сегодня, сослаться на много дел в лечебнице попросту не мог. То есть, наверное, мог, но врать он на самом деле не любил, к тому же несколько грела мысль, что из всех хоуковских друзей он оказался самым стойким.
- Скажи, что тут больше нет скрытых комнат и тайных ходов, которые надо отмывать от паутины, дерьма и мусора? - взмолился Андерс, когда по скромным прикидкам, работы оставалось минут на двадцать. И еще два ведра мыльной теплой воды. Создатель, неужели это почти всё?

+1


Вы здесь » jazzcross » that's my home » Правда ли, что все угрюмые маги-повстанцы носят на плечах перья?


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC